Конвейерные Миры или Танцы с толтеками

2008

Почему путь толтекского воина до сих пор остается загадкой и даже его многочисленные приверженцы, зачарованные жизнью магов, не могут доказать его существование? Что необходимо для того, чтобы добиться реальных результатов в иной системе постижения реальности?

Вы узнаете, что препятствует воинам духа на пути и какие ограничения таит сама человеческая форма. Самое главное из них - саморефлексия, накапливаемая в процессе жизни усталость от видения себя в окружающем мире, в итоге ведущая к смерти. Мы "приговорены" к ней в конвейерных мирах, подобных нашему. Однако есть ли альтернатива неизбежной старости?

Об этом и о многом другом расскажет эта книга.



 

Авторский экземпляр. Публикуется до издания в печати.


Олег МУЗАЛЁВ
Книга ::  Конвейерные Миры
или
танцы с толтеками



4. МОЗАИКА ПРЕДСТАВЛЕНИЙ
(продолжение)

4.7. Контакты

  «Мудрость начинается там, где
  кончается раболепие перед образом бога»

Мир – это, прежде всего, иерархия осознанности. Естественно полагать, что у каждого уровня божественной иерархии, т.е. у АСов свои достижения в развитии и в степени объективности восприятия реальности.

Более развитые создания во Вселенной, очевидно, не могут быть сильно заинтересованы в контактах с меньшими братьями по развитию. Для них это – пройденные этапы эволюции. Мы, например, по степени своего осознания, способны контактировать только с определёнными, рядом стоящими аспектами божественности. Ближайшие из них – это окружающие нас люди, следующий за ним – животный мир. А всяких букашек и флору мы порой просто давим, не обращая на них особого внимания, например, при прогулках по лесу. И только особо красивые экземпляры в засушенном виде сохраняем в своих коллекциях. Потому что сначала мы исходим их принципов полезности и функциональности, а потом уже из своего великодушия.

По той же аналогии можно полагать, что бог (в религиозном представлении) никогда не общался с человеком напрямую.

Ему это надо? И в какой степени? …

Библейские откровения о встречах с ним скорее есть раздутое самомнение человека, предпочитающее такое видение вещей. Да и вообще где у Создателя «головной компьютер», в условиях постоянной фрагментации в своих творениях.

Толтекский воин не строит иллюзий относительно «снисходительных божеств», прекрасно понимая, что он может общаться лишь с отдельными аспектами глобальной разумности – теми существами, которые, близки ему по уровню развития. Понятие «бог» для него не конструктивно.

В реалии нам доступны те силы, с которыми мы имеем общий синтаксис взаимодействий. Заявления, типа: я сегодня говорил с самим Творцом – абсурдны, потому что человеческие чаяния имеют небольшой вес в масштабах глобальной разумности Мироздания. И такое видение себя – рядом с «Всевышним» – лишь потворство худшим сторонам нашего эго.

Общаются с нами те, кто стоит чуть выше или ниже на лестнице эволюции. В видимом диапазоне – это представители нашего мира. В невидимом – различные неорганические сущности, подтрунивающие над нашим невежеством. А ведь они также как и мы в своём мироощущении не лишены корыстных целей и эгомании. В их мирах тоже есть уровневое эго – индивидуальность, поэтому и они вправе ошибаться в своих жизненных экспериментах. Разномастные духи во Вселенной это, конечно, – не только «могущественные боги или нечистая сила»; в обширных кулуарах 2-го внимания можно встретить различных посланников из неизведанного.

На любом уровне развития всегда имеет место рабочее эго как способ самоидентификации и упорядочивания осознания на пути бесконечного развития. Не бывает абсолютно сверхчистых и одухотворённых, мягких и пушистых. Градации существуют во всём. Надо полагать, что и наши Создатели тоже, но только по-своему «тихонько грешат» на их ступеньках эволюции. А вот как именно – нам понять трудно. Можно лишь отметить, что грехи на более абстрактном языке означают отсутствие безупречности и, где бы там ни было, всегда ограничивают свободу и ведут к гибели осознания на любых уровнях существования.

Общеизвестно, что с животными мы общаемся, подстраиваясь под их инстинкты. Можно предположить, что стоящие выше нас АСы через аспекты неорганической проявленности так же подстраиваются и под нашу мотивацию. Нам ведь интересны повадки животных по причине того, что мы сами, в некоторой мере, обладаем качествами, которые есть у них. Мы разделяем с ними общие интересы и это – полу животное родство вызывает взаимное любопытство.

При большем контрасте в уровнях развития такой интерес и понимание, скорее всего, пропадают, да и к чему – это? Всё равно муравей не поймёт человека, а человек не поймёт тех, кто стоит на эволюционной лестнице через ступеньку выше. Поэтому возникшие из ниоткуда боги или нечисть в сеансах контактёров или в мистериях верующих людей – лишь синтаксис разыгрываемого их спектакля жизни: образные, интеллектуальные и другие модели представлений о реальности. Истинные Асы, как и многие аспекты их проявленности в виде неорганических существ, нами вообще не распознаются. Их прозрачная непостижимость выше любого абстрактного уровня достигнутого человеком. А мы интерпретируем их эффекты, как можем.

Небеса живут своей жизнью, а мы имеем лишь весьма ограниченные представления о них. Например, религии представляют из себя массовый сценарий-контакт с неизведанным, отработанный веками. При этом используется традиционные эгрегоры для предоставления атрибутики из набора исторически сложившихся мифических образов. Но, сколько в этом – реального, и сколько – из мира фантастики, можно лишь догадываться.

Нечто контактирует с нами, а мы лишь в силу свой предрасположенности наделяем эти довольно безличные силы узнаваемыми признаками для поддержания ускользающего смысла. Объясняя нечто, мы создаём его приемлемые образы в своих же умозаключениях, даже если они не соответствуют действительности. Что не трагично, а вполне нормально и чуть комично. Должны же мы хоть во что-то верить, и что будет, если не должны?

Резюмировать сказанное можно таким образом: не верь глазам своим, а надень очки удобной иллюзии, – с их помощью можно хоть что-то объяснить для себя и обрести временное спокойствие. И ещё раз спокойствие, и только спокойствие – уже хорошо.

Конечно, есть стабильное восприятие этого мира через человеческую форму – нашу кармическую рабочую иллюзию. Благодаря ней почти все из нас считают, что мир вечен и незыблем. Ну – что же, и эта фундаментальность не вечна в перспективе расшатывания привычного восприятия реальности.

А всё-таки: каким же образом стоящие выше нас по развитию сущности из мира неорганики (духов) могут общаться с человеком?

По-видимому, лишь наблюдая его характерные черты и привычки. Надо полагать, что даже самые высшие достижения и проявления людей выглядят, вероятно, весьма скромно с вышележащего уровня развития. Поэтому манипуляции с нами с их стороны могут быть своеобразными и непредсказуемыми. Поэтому, наверное, так часто причитают: пути господни неисповедимы. Что бишь, то же самое: наша глупость не знает границ. Но второе выражение мы используем намного реже, так как нам приятнее считать, что есть нечто мудрёнее нас, чем мы – глупее его.

Например, дрессированные животные в своих границах разумности, тоже не всегда понимают, какие цели преследует их дрессировщик. Они не разделяют его интересы, а следуют в пространстве своих повадок. Но, тем не менее, выполняют поставленные перед ними задачи, и параллельно удовлетворяют свои инстинкты-запросы.

Так цирковая собачка может следовать за кусочком мяса, которым заманивает её дрессировщик, а заодно перепрыгнуть через поставленный перед нею барьер. Возможно, так же и мы боготворим свои идеалы и следуем им только для того, чтобы перепрыгнуть через поставленный кем-то невидимый барьер в нашей жизни. То есть работаем и живём в канве совершенно чуждой и непонятной для нас обусловленности, воздвигнутой неорганикой.

Но как же тогда вести себя в пространствах с расширенными возможностями, в которых обитают наши старшие попечители так, чтобы не выглядеть манежным пуделем? Ответ – осторожно. Организация видения мира в динамике виртуальных пространств весьма субъективное занятие. При выходе на контакты с неорганикой не следует подолгу фиксироваться на сформированном образе взаимодействующей стороны и на способе общения с ней. Этот образ определяется личным синтаксисом вышедшего на контакт человека и размытыми целями неорганической сущности.

Следует полагать, что не все выходящие на контакт духи есть «полномочные» АСы. Среди многочисленных представителей неорганики встречаются разные особи и среди них – лазутчики одиночки, которые путешествуют на пределе своих возможностей. С ними возможны всякие метаморфозы, когда они попадают в непредвиденные для них ситуации, из-за недостатка опыта путешествий и ограниченности своих ресурсов. В таких случаях образуются стабильные формы-ловушки, в которых они застревают на краях нашего диапазона восприятия, и мы порой наблюдаем связанные с ними необъяснимые феномены. И весьма наивно в своём видении наделять их сверхразумными чертами, ведь они сами не всегда понимают, что с ними происходит.

Так же вероятны встречи с проявлениями неосознанной деятельности самих людей в виде приведений, полтергейстов и т.д., а также с осознанной деятельностью немногочисленных магов и им подобных. В этих случаях с магом сможет разобраться, превосходящий его в знаниях другой маг.

Естественно полагать, что переходы через границы между мирами возможны при некоторой степени отсутствия личностного проявления и высокого уровня энергии, поэтому продвинутые инициаторы контактов из миров неорганики, обычно находятся в потенциально безличном состоянии, что помогает им облекать себя в удобные для целевых контактов формы и образы. Они используют все возможности, открывающие подступы к человеку и дающие рычаги манипуляций. С другой стороны можно сказать, что мы делегируем им такие полномочия из-за неполноты собственного опыта.

Так, например, для верующих необычные представления в их обусловленном осознании будут разыграны с участием образов традиционных божеств, для уфологов и контактёров появятся летающие тарелки, инопланетные гуру или посланники от иерархии «Совета Миров». Для охотников за снежным человеком – где-нибудь замаячит йёти и т.д. И они могут быть, как вполне реальными в рамках разворачиваемого синтаксиса, так и в большей мере игрой воображения. Всё зависит от степени интенсивности контакта и вовлечённости в него определённых сил.

К тому же различные места и ландшафты ассоциируются с соответствующими им мифологическими образами. В реке по преданиям можно повстречаться с русалками, в лесу – с лешими, в домах – с домовыми; та или иная среда всегда навязывает свой синтаксис. А в стрессовых ситуациях подобные образы в «ужасно страшных» местах буквально лезут из головы, генерируя визуальные представления. Бытиё диктует устрашённому и ограниченному сознанию, что и где, и как воспринимать. Но когда же, наконец, сознание опередит бытиё?

Скорей всего никогда, так как любая форма жизни уже находится внутри другой формы уровневых АСов и эта «иерархическая матрёшка» простирается в бесконечность. Иллюзии о высших планах, всегда будут присутствовать у нижележащих по развитию субъектов. Это – иллюзии ограниченных моделей реальности любой развивающейся осознанности относительно всего Мироздания.

Неорганике, например, выгодно, когда в контактах её традиционно хоть как-то классифицируют: Христом, архангелами или воспринимают в лице ранее умерших или близких человеку людей и др. Таким образом, ей вручаются бразды правления контактом, так как роли в этом случае распределены, а поведение контактёра становится предсказуемым и подконтрольным; чего ей и надо.

А соответствующими образами неорганы напичкают человека сразу же, как только почувствуют его характерную податливость синтаксиса. От того люди именно с конкретным, а не с абстрактным синтаксисом довольно быстро выходят на контакт, но, как говорится, пожизненно, – неопределённо долго болтаясь на крючке одних и тех же сил. Например, некоторые одинокие суеверные старушки в глухих деревнях чуть ли ни каждый день открещиваются от преследующей их, и не понарошку, нечистой силы.

Любое принятие чего-либо на веру, каким бы правдоподобным оно не казалось во всех этих случаях, есть уже индульгирование. Даже, если в сновидении к толтеку гипотетически придёт сам Дон Хуан, и он восторженно поверит в его непоколебимый образ, то Дон Хуан, вероятно, скажет, что тот ещё не готов. Верить здесь можно только своему высшему «я», да и то с «весёлым допуском» на возможную ошибку, и не ждать помощи в лице кого-либо.

Очень часто мы безоглядно желаем верить кому-то, потому что безнадёжно ждём поддержки вместо того, чтобы искать силы в самом себе. И главное здесь – не кто рядом с тобой, а как ты этим распорядишься и что из этого вынесешь позитивного. Или, как говорят, толтеки: важно не то, что ты видишь, а как ты поступаешь со своим видением.

Но с другой стороны, если быть бескомпромиссно безупречным и отбросить все образы и стереотипы, то тогда неорганика идёт на контакт неохотно. Совершенно безупречные взаимодействия ей не нужны. А без неё вообще-то скучновато, поэтому сталкинг с лазутчиками Вселенной является сталкингом в квадрате. Разыгранный и допустимый образ старичка Люци бывает иногда полезнее, чем саморефлексия.

Как и в обыденной жизни, при контактах с неизведанным нужно следовать негласному правилу: с равными по отношению к себе сущностями предпочтительно общаться на равных. А вот высокоразвитые особи, по всей видимости, всегда будут использовать нас в своих целях, что всегда следует иметь в виду. В отношениях с ними остаётся только уходить из-под их влияния по мере своих сил и понимания.

И можно лишь утешительно предполагать, что неорганика усиливает нашу убеждённость в чём-либо с той целью, чтобы мы скорее извлекли урок из своей веры, принципа, образа жизни, какими бы плохими или хорошими они не были. Они разыгрывают спектакли с использованием укоренившихся среди людей образов богов, псевдо учителей или всякой нечисти, чтобы мы скорее извлекли необходимые уроки и отсеяли непродуктивные представления в рабочем порядке. Будем надеяться, что они всё-таки нас больше учат, чем мучат.

Наивно считать, что с неорганами общаются только какие-то там странные люди – контактёры и астральщики – в понимании обычных людей. Мы все находимся в этом незримом театре жизни нагуаля, и каждый из нас по-своему незаметно вовлечён в определённые роли в этой завуалированной и до конца непонятной игре. Мы тешим себя различными теориями о мире или философиями жизни, убеждённостью о всеобщей справедливости и т.д., но, как говорится: «лишь бы дитя не плакало», забавляясь своими игрушками. Потому что апатия для обычного человека, иногда, бывает ещё страшнее, чем его розовые иллюзии, дающие временную передышку.

Мы озабочены значимостью своих теорий и открывшихся истин, но на самом деле не они развивают нас, а та каждодневная дисциплина восприятия и умение просто жить в этом мире. Нам кажется, что мы играем на своей «шахматной доске» жизни, но настоящая игра происходит где-то далеко за нею.

Обретение личного опыта и развитие – негласная задача на всех уровнях эволюции. Но такая постановка задачи не является явной. Как установка жизни – развитие в чистом виде никого из нас не мотивирует. Мы же не говорим друг другу: пойдём развиваться, когда собираемся на работу, в магазин или перед тем, как заняться сексом. Изначально всеми нами движет эго. Мы просто живём, а потом уже, в этом процессе развиваемся, как «бог на душу положит». В своём времяпровождении мы зачастую упрекаем окружающих, негодуем или же радуемся. Наши помыслы, как правило, незатейливы и прозрачны.

А высокие сферы так и остаются для нас загадкой. Поэтому большинство провокаций оттуда по отношению к нам достигают своих целей. Они – активаторы наших замыслов, а не искусители. Но когда, не без их помощи, быстрее натыкаешься на собственные промахи, то негативное ощущение чужеродного вмешательства имеет место из-за собственной недальновидности.

Тех, кто в нашем представлении к нам благоволит, мы обычно называем ангелами или божествами, а тех, кто усугубляет наши пороки, даже с целью их развенчания, нам больше по нраву обзывать демонами, сатаной, злыми духами. Ну, никак они не вписываются в благопристойный образ учителей в нашем усечённом понимании.

Об истинных же целях представителей неведомого мы можем лишь выдвигать гипотезы. А так как разновидностей живых форм иных миров предположительно много (не одни же мы – венцы природы), то и цели их могут быть различны. Но основной принцип высокоразвитых Цивилизаций нужно иметь в виду при контактах с ними. Это – принцип свободы волеизъявления. Они, как правило, не навязывают свою волю, а склоняют человека к тем или иным решениям, хотя возможны исключения. А склоняться человек – горазд, лишь бы возвыситься в среде себе подобных на любых условиях.

Другой аспект коммуникации с ними заключается в том, что для них важна не конкретика наших поступков, а некоторый общий план жизнедеятельности людей, который для нас, пока, трудноуловим. Как указывалось выше, мы для них лишь – органическая прослойка в энергообмене планетарного масштаба. Подгоняя человека к определённым тупикам эволюционного развития, они сами что-то имеют от этого. Возможно в виде энерго-информационного фона, который им необходим для обострения своего осознания. А мы, соответственно, ищем выход из сложившихся негативных обстоятельств, которые они накладывают на нас в виде испытаний и с целью изъятия нужного им энергетического потенциала.

Наши ловушки, искушения, склонность к порокам и т.д. для них являются неким технологическим режимом по выработке определённых типов энергий в биологической среде людских ресурсов. А как мы эти режимы «обыграем», зависит от нас. Может быть, так навсегда и останемся на уровне производителей примитивных эмоций или, как и прежде, всё закончится гибелью Цивилизации из-за нашей недальновидности.

А зачем нужны им эти самые энергии, можно только догадываться. Может быть, они кормятся ими, как мы биологическим мясом, тем самым, поддерживая опорные структуры своей проявленности – каркас грубых вибраций своих энергетических форм.

Использование нижележащего плана развития – обычное дело и в нашем обращении с миром. Но, зачастую, тот, кто выставляет ловушки другим, сам попадает в них. А в целом, происходит обоюдное обучение близко лежащих друг от друга уровней осознанности.

Мы, например, становимся лучше не только когда обращаемся к абстрактному началу, но и когда ухаживаем за домашними животными. У них тоже есть чему поучиться. Всё зависит от того, какой урок мы хотим извлечь из тех или иных жизненных обстоятельств или из контактов с ближайшим окружением.

В играх со старшими по развитию нужно всегда стараться узреть нечто большее, попытаться ощутить их уровень видения реальности как свой следующий метауровень осознанности. Если же не выставлять никаких целей саморазвития, потребительски используя свой мир, то всю жизнь придётся выполнять функции возбуждаемого нерва-инстинкта и при случайных встречах с неведомым, односложно – паническим страхом или коленнопреклонно – реагировать на его феномены.


А теперь рассмотрим некоторые противоречия в способах выхода на контакты с неведомым.

Как известно, духовные искатели условно делятся на понятийщиков, – часто встречаемые синонимы: логики, рационалы, математики, в некотором смысле сталкеры. И на их противоположность – силовиков: сканеры, видящие, голографисты, слиперы. Первые в этом ряду витиевато описывают происходящее, а вторые – хорошо сенсорят, предпочитая прямой контакт с реальностью. Так вот, из-за ограниченности человеческих возможностей, а скорее из-за неумения полноценно использовать оба эти качества, одновременное их применение мешает друг другу. Особенно на первых порах, когда энергию приходится накапливать по крупицам.

Поэтому тем, кто относит себя к первому ряду – к обладателям ментальной активности, желательно приостановить генерацию избыточных представлений для экономии энергии. Разумеется, все описания хороши, но именно они мешают нам выйти на прямое переживание действительности.

Второй же группе – видящим и им подобным разношёрстным астральщикам неплохо было бы разобраться с тем, что они видят и для чего им это нужно. Потому что, как правило, эти одиночки-сканеры такое накручивают в раздолье своих интерпретаций, что ни одна клиника не разберётся. А они в своё видение верят как в непреложный факт, и в этом их приземлённость. Нет абстрактного понимания работы тонального интерфейса, соответствующего синтаксису видящего. Слишком серьёзно воспринимают своё видение и себя в нём.

А на самом деле, они являются в этих контактах лишь связующей грамматикой с неизведанным – тем букварём, из символов которого складывается смысл коммуникации. А каковы средства обработки и культура образов внутреннего мира, таковы возможности приёма и передачи информации.

И ещё один немаловажный момент. Сформулируем его таким образом: в новых границах осознанности предыдущие представления могут находиться в конфликте с вновь организуемыми. Если вчера что-то было субъективным добром, то сегодня может стать злом или наоборот. Возможно, не так быстро, но исследовательские перевёртыши возможны, и относиться к этому следует легко, с настроением непреложного любопытства. Нежелательно наглухо закрывать двери своих представлений о мире. Одну из них всегда желательно держать открытой как запасной выход.


Чтобы мы не думали об вышедших на контакт сущностях – это всего лишь наша очередная модель о реальности в том или ином её приближении. А степень приближения к действительности характеризуется возможностями осознания на лестнице эволюции.

Познать бога, как и реальность, до конца невозможно. Окончательности постижения не может быть ни в чём. АСы в своих процессах глобального само-мироустройства будут разговаривать со своей же ограниченно индивидуализированной частью соответствующими микроскопическими знаками трансляторов её уровня. Зачем им напрягать всю «операционку», общаясь с микробом. Те же, находящиеся рядом с ним обаятельные бактерии, разъяснят ему доступным образом близлежащую картину Мироздания. И здравомыслие микроба будет зависеть от того – не отожествит ли он свои представления о мире с самим Миром. Не примет ли всерьёз свои модели осознания за саму действительность.

Размах же мироощущения уровневых АСов мы полноценно ощутим, когда сами будем такими же могущественными. Но мы будем, уже не – мы (или немы – вербально безмолвными), т.е. другими. И предполагать подобное та же – очередная интеллектуальная и преждевременная глупость-модель.

А ушедшие ранее нас далеко вперёд в своём развитии, как единицы осознанности, вероятнее всего так и будут маячить там – за горизонтом, если не попадут под процессы вынуждённого расщепления сознания в случае запоздалости личных трансформаций. Никто же не полагает, что есть предел развития, например, в виде логарифмического эволюционирования, в который мы когда-нибудь упрёмся. Скорее имеет место линейное развитие или же экспоненциальный прорыв. А, впрочем, всё может быть.

И всё-таки, с кем же мы имеем дело в своих потусторонних контактах? С завуалированным апогеем самих себя или же с неорганическими сущностями затемнённых уголков Вселенной?

Если рассматривать Мир как единое целое, то даже взаимодействие человека с человеком в этом ракурсе, есть контакт единого с самим собою. В самом деле, мы зачастую «зеркалим» друг другу качествами подобия или весьма предсказуемыми реакциями. Случайностей во взаимоотношениях людей не так уж много. Возникают они в основном, при нежелании вникнуть в происходящее.

Слепая любовь, ярость, страсть – все они и подобные проявления закрытости, искажают объективное видение вещей. И конечно, в первом ряду всего этого стоит наша ограниченность или, иначе, глупость как текущее проявление индивидуальности.

Так в собственных снах можно встретить внушаемых доверие учителей, а на самом деле, являющихся нашей глубинной и пока малодоступной сутью. Если воспринимать их без стремления к обретению целостности, то они всегда будут находиться за границей распознавания. Но, хорошенько прислушавшись к своему внутреннему голосу, можно обнаружить обратную связь от своей удалённой части, представленной тем или иным сновидческим образом. Наши сны во многом зависят от нашего настроя и глубинной эмоциональности.

Окружающий мир – это, прежде всего, наше восприятие. А ощущение его целостности пропорционально нашей осознанности. То, что мы воспринимаем, уже есть продолжение нас самих, так как мы можем принять это конгруэнтным синтаксисом.

Следует так же отметить, что при глубинных сдвигах восприятия в нагуаль осознание начинает собирать себя почти с нуля вдали от обычных ассоциативных связей личного опыта, используемых в бодрствовании. Поэтому сюрпризы новой сборки собственного «я» могут быть восприняты не адекватно в системе старых ценностей, и наблюдаться как игра неведомых сил или сущностей. Где духи, а где собственное проявление «я» – не понять. Можно невзначай выкинуть фортель и саму же удивиться происшедшему. Новые положения точки сборки, будут сталкироваться, в этом случае, почти «с нуля». Это, примерно так же, как попасть в чужую страну, где идёт революция, при этом, не зная их языка, обычаев, без одежды, документов и в стельку пьяным, т.е. в изменённом состоянии сознания.

Но вот, именно в таком пространстве неопределённых связей и границ заключается вся прелесть для свободно странствующих искателей приключений в неизвестном. Балансирование на лезвии пограничной осознанности позволяет им быстро перенастраивать конфигурацию сознания, оставаясь непривязанными к «постаменту» индивидуальности. Их высокий абстрактный уровень, прежде всего, отражает принцип постоянного самообновления и непрерывности этого процесса как единственного связующего звена осознания.

Ветер свободы так разносит их осознание, что им в той же степени трудно удерживать своё «я», как обычному человеку разгребать хлам личного опыта. Вообще, это иное качество сознания, отличающееся от обычного тем, что предоставляет возможность осознавать себя там, где человек находится в забытьи: в глубоком сне, обмороке, коме, а также, идентифицировать себя за границей физической жизни. Это состояние можно было бы назвать сумасшествием, если бы оно не увеличивало шансы на выживание в стратегически организованной жизни воина.

В областях многомерной и быстротечной реальности нагуаля отклик на игру осознания приходит почти мгновенно. И по большому счёту не имеет значения, кто находится по ту сторону контакта. Приклеилась ли там чего-то жаждущая сущность или эта форма есть собственный нераспознанный глюк. Её можно считать другом или недругом, назойливой или деликатной – так же как своих знакомых или незнакомых среди людей. Сегодня – враг, назавтра – друг.

Интеграция – это своевременное самоосознание личного опыта, включая знание собственных реакций при моделировании возможных ситуаций. Но этот процесс обретения целостности никогда не может быть полностью завершённым. Если такое вдруг случится, – станет невыносимо скучно: саморефлексия настигнет жертву неизменного порядка.

Человек постоянно интегрирует своё осознание, нащупывая новые возможности. Поэтому, какая разница в том, что некто в отношениях с вами привнесёт новое качество извне или вы его выявите в себе в процессе внутренней работы? Различны лишь формы самопознания и взаимодействий. Мера же осознания чего-либо характеризуется способностью управлять этим, т.е. знать, с чем имеешь дело, и с какой целью выстраивается та или иная коммуникация.

Поэтому независимо с кем или с чем вы взаимодействуете, спросите себя: насколько данное общение благоприятствует вашему выбранному пути в целом. Не потеряна ли свобода волеизъявления в избранном направлении? Никто и ничто не должны узурпировать право человека на выбор его индивидуального пути. Всё остальное – не столь значимо.

А объективный ответ самому себе подскажет, кто же там – на том конце обучающей реальности, и как обстоят дела во внутреннем мире.



ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека