Мудрость толтеков.

2011

 

Книга Норберта Классена не похожа на уже знакомые нам книги о Кастанеде и Пути толтеков. Она будет интересна и тем, кто интересуется практическим аспектом толтекской магии, и тем, кого больше интересует кастанедовское описание мира и подтверждение этого описания в многочисленных параллелях с идеями Юнга, Гуссерля и других западноевропейских мыслителей.

“В данной книге я попытался представить оба направления своего подхода к знанию толтеков: путь разума в форме сравнения с трудами западноевропейской философии и путь сердца, путь практики в форме подробного описания важнейших толтекских техник — как овладевали ими я и мои спутники”.

Толтекские техники, предложенные Классеном, действительно показывают реальную и убедительную возможность практиковать сновидение, Сталкинг и связь с намерением. Сам же автор в некотором смысле является последователем дона Хуана по прямой линии передачи, о чем он скромно упоминает в середине пятой главы: “...ученик Кастанеды Рихард Йенсен, который был моим бенефактором...”

 

 


 

 

Духу, который пронизывает космос...

 

Я благодарю моих родителей, друзей и всех, кто помог мне на моем пути.

Моя особенная благодарность моему другу Хорхе Миранда-Луицага, позволившему мне глубже понять образ мышления индейцев; приват-доценту доктору С. Блаше за понимание произведений Гуссерля; доктору А, Гентнеру за личную поддержку, моим спутникам, которых я не имею права назвать поименно.

Моя особенная благодарность — Силе, Земле, ночным мотылькам, растениям, животным и камням на моем пути.

Я благодарен также доктору Р. Мертенсу, представляющему весь коллектив детской клиники в Аахене. И совершенно особо я благодарю Рихарда Йенсена и донну Перес Венеро за заключение Круга; это относится не в последнюю очередь и к моему другу Хоки, который прошел впереди меня в Неизвестное. Кроме того, я благодарю всех, кто способствовал публикации этой книги.



* * *

СОДЕРЖАНИЕ


ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ЧАСТЬ I. НАГВАЛИЗМ КАК ФИЛОСОФИЯ ТОЛТЕКОВ

1. КАЖУЩЕЕСЯ — Карлос Кастанеда и Эдмунд Гуссерль
    1.1. Описание мира
    1.2. Тональ и первое кольцо силы

2. Скрытое — Карлос Кастанеда и К. Г. Юнг
    2.1. Сон, смерть и трансцендентность
    2.2. Нагваль и второе кольцо силы

3. Связующее звено — К. Кастанеда и М. Элиаде
    3.1. Космология и миф
    3.2. Единство себя как освобожденное восприятие

ЧАСТЬ II. ПРАКТИЧЕСКИЕ ИСКУССТВА ТОЛТЕКОВ

4. Искусство Сталкинга
    4.1. Перепросмотр жизни
    4.2. Не-делание себя
    4.3. Целительство

5. Искусство сновидения
    5.1. Тело сновидения и животное-нагваль
    5.2. He-делание фиксирования взгляда
    5.3. Мистерия осознания

6. Овладение намерением
    6.1. Личная сила и несгибаемое намерение
    6.2. Жесты и предвестники
    6.3. Предзнаменования и оракулы

7. Партия воинов нагваля

8. Земля

9. Заключение



Предисловие

Когда тринадцать лет назад я впервые взял в руки книгу Карлоса Кастанеды, я не имел ни малейшего представления, к какому захватывающему познанию это меня приведет и какие странные для обычного человека знания передо мной откроются. Я не искал в то время ничего подобного “миру магов” или “мудрости толтеков”. Слово “маг” означало для меня человека, который смешит публику искусными карманными трюками и способен разве что достать кролика из Цилиндра.

Однако обстоятельства, при которых произошло мое первое знакомство с “Учением дона Хуана”, сделали “магию” для меня не только помощницей в жизни, но и моим жизненным путем. В то время у меня был рак крови и я подвергался многолетнему сложному лечению. И тут оказалось очень кстати толтекское учение о жизни воина, который воспринимает все на своем жизненном пути как вызов, вместо того чтобы жаловаться на судьбу и погрузиться в жалость к самому себе. Оно придало мне мужество без оговорок начать мою собственную борьбу против болезни и в конце концов выйти из нее победителем.

И не только это; книги Кастанеды предлагают множество различных таинственных техник, которые позволили мне самому бросить взгляд на мир и переживания магов. Я экспериментировал, в частности, со сновидением и уже очень скоро получил удивительные результаты в этой необыкновенной области обычно не используемых возможностей нашего человеческого сознания. Я начал понимать, что стерильное, рациональное осознание реальности в наше время скрывает от нас существенные аспекты собственно человеческого бытия, и все более концентрировался на практическом познании мудрости толтеков.

С течением времени я нашел нескольких спутников, которые точно так же открывали себя впечатлениям необычной реальности, куда указали нам путь книги Кастанеды. Это упрочило мое предположение о возможности научного подтверждения учения дона Хуана. Но я понял также, что мое западноевропейское воспитание требует объяснения всего того, что я пережил и переживаю поныне. И спустя несколько лет после моего первого контакта с книгами Кастанеды я начал изучать философию в университете, что дало мне глубокое понимание толтекского учения.

Оказалось, что знания толтеков вовсе не являются чем-то столь чужеродным в истории философии, как это кажется на первый взгляд, но обладают такой стройной логической последовательностью, что едва ли уступают научной строгости и последовательности западноевропейского научного описания мира. По моему мнению, восприятие этого учения как “чужеродного” происходит скорее всего из трудновоспринимаемого нами, европейцами, индейского контекста, из которого и вырастает это учение. К большому счастью я нашел во время моей учебы в университете одного преподавателя философии — доктора Хорхе Миранда-Луицага, который не только является знатоком индейской философии, но и сам — потомок южноамериканских индейцев аймара. Он помог мне значительно расширить область понимания произведений Кастанеды.

Все эти события и постижения привели к написанию данной книги, в которой я попытался представить оба направления моего подхода к знанию толтеков: путь разума в форме сравнения с трудами западноевропейской философии и путь сердца, путь практики в форме подробного описания важнейших толтекских техник — как овладевали ими я и мои спутники. Любой другой подход был бы односторонним и недостаточным для целостного освещения толтекского учения.

При первом выходе из печати этой книги я гордился не только ее методологической полнотой, но и тем, что мне удалось представить в целостности “Шесть основных положений учения” — рукопись Кастанеды, которая до сих пор была доступна только в Мексике. Однако сейчас, с выходом в свет девятого тома Кастанеды “Искусство сновидения”, меня постигла типичная “судьба” вторичной литературы.

Эта девятая книга преуспевающего автора, похоже, является составной частью толтекского “Великого наступления” на общественность после того, как долгое время не было ничего слышно ни о Кастанеде, ни о его спутниках-магах. В это же время в Соединенных Штатах Америки вышли еще две очень важные книги по данной теме, которые впервые представляют женскую сторону толтекского мира в его единстве. Первая — это книга Флоринды Доннер “Жизнъ-в-сновидении”, в которой автор описывает свое проникновение в мир магии вслед за легендарным доном Хуаном Матусом. Вторая — книга Тайши Абеляр “Магический переход”, своего рода параллельное произведение к книге Флоринды Доннер, к которой Кастанеда лично написал предисловие. Книга Абеляр выйдет в Германии осенью 1994 года под названием “Волшебница”, перевод книги Доннер до сих пор еще не сделан.

Все эти публикации последних лет очевидно показывают, что, видимо, начинается новая эра, в которую мудрость толтеков уже не будет тщательно скрываться от общества. Я очень надеюсь, что и моя книга станет скромным вкладом в дело проникновения учения толтеков в сознание общества и что она может помочь одному-другому читателю обрести мужество — как мне дал мужество Кастанеда — обратиться к иной, действительно честной, сильной и свободной жизни. В таком случае она бы выполнила свою задачу.


Весна 1994
Норберт Классен


* * *

 


ВВЕДЕНИЕ

Со времени появления первого тома произведений Карлоса Кастанеды “Учение дона Хуана” не прекращается поток вопросов и спекуляций об авторе и его учителе — индейском маге Хуане Матусе, которого Кастанеда уважительно называет дон Хуан. Что же произошло?

Карлос Кастанеда, будучи студентом антропологии, прибыл в 1960 году в пограничную область между США, Аризона, и Мексикой, Сонора, для проведения полевых исследований применения лекарственных растений и наркотических средств у проживающих там индейцев. На автобусной остановке на границе он встретился с брухо 1) Хуаном Матусом и, прежде чем сам осознал это, сделался избранным учеником старого мага. Верный традициям своего учения, дон Хуан демонтировал мировоззрение ученика, обучил его жить по-другому и в конце концов ввел его в таинственный мир толтекских магов. В первых четырех книгах Кастанеда впечатляющим языком описывает процессы и сценарий своего обучения и посвящения в пустыне Сонора и в мексиканском высокогорье.

Первые две книги, “Учение дона Хуана” и “Отдельная реальность”, сообщали о сбивающих с толку опытах с галлюциногенными растениями, контактах с бестелесными живыми существами, называемыми союзниками, и об ином способе представления действительности. На материалах первой книги Кастанеда защитил диссертацию на звание доктора наук в университете Лос-Анджелеса (США).

Третья и четвертая книги — “Путешествие в Икстлан” и “Сказки о силе” — последовательно описывают процесс обучения Кастанеды. Благодаря помощи еще одного мага, Хенаро Флореса, дон Хуан знакомит своего ученика с образом жизни магов и преподносит ему удивительные демонстрации действительного существования тех сил, о которых он ему рассказывает. В конце четвертой книги, завершая процесс своего обучения, Кастанеда и Паблито, ученик Хенаро, прыгнули в отнюдь не символическую пропасть. Дон Хуан и Хенаро окончательно оставили в это время тот мир, который мы знаем.

И хотя описание необычных процессов и чудесных событий было очень конкретным и реалистичным, дело не обошлось без упреков как неуклюжей защитной реакции стерильного рационалистического сознания нашего времени — будто все представленное в этих книгах — не что иное, как фикция 2) . Другой формой защиты было мнение, что книги Кастанеды возникли в результате синтеза наследия мистической мысли и старых эзотерических учений, приперченных кусочком индейской мифологии. При таком подходе все сколь-нибудь чужеродное, неизвестное было удобно отправить на полочку с надписью “давно известное” или “уже встречалось” — действие, которое делает невозможным серьезный подход к теме 3) .

Кастанеда написал четыре следующие книги о своем опыте проникновения в мир магов, не уставая указывать, что он не рассказывает никаких выдуманных историй, но сообщает о действительно пережитом. В пятой и шестой книгах — “Второе кольцо силы” и “Дар Орла” — Карлос Кастанеда описывает свои встречи с другими учениками и ученицами дона Хуана и Хенаро. Они требуют от Кастанеды, как главного наследника знаний дона Хуана, возглавить их группу магов. Кроме того, они понуждают Кастанеду, который и так уже считает, что к нему предъявляют слишком высокие требования, вспомнить обо всех тех событиях, которые произошли с ним в другом состоянии сознания. После многих драматических сцен и борьбы ему, наконец, удается все вспомнить. Эти воспоминания открывают в конце концов перед Кастанедой всю систему знаний и обучения толтекских магов. Смысл и цели учения становятся ясными.

Об этих воспоминаниях рассказывает далее также седьмая и восьмая книги — “Огонь изнутри” и “Сила безмолвия”.

Поскольку здесь речь идет о воспоминаниях, в книгах опять действует дон Хуан как учитель. Он вводит Кастанеду в абстрактную систему знаний магов, ему открываются истинные цели толтеков.

Таков краткий обзор произведений Кастанеды.

Большинство критиков поставили под сомнение все работы Кастанеды по причине недостатка сведений о персоне автора. Казалось, автор был одержим дерзкой идеей: ни в коем случае не выдавать личностные данные, могущие привести к точной идентификации написавшего книги. Он категорически отказывался фотографироваться или давать интервью. Почему? “Рекламный трюк” — предполагали одни. “Потому что дон Хуан учил его не давать никаких справок о своей персоне” — говорили другие.

После того как появилось в печати третье интервью 4) , которое взяла у избегающего публики автора аргентинская писательница Грациэла Корвалан, для многих читающих произведения Кастанеды стало более правдоподобным, что он действительно является человеком, излагающим миру традиционное учение индейцев, и что он сам живет в соответствии с данной традицией. Интервью вышло в Германии под заголовком “Путь толтеков”.

Кастанеда дает в интервью много личностной информации о своем происхождении, своей жизни в настоящее время, своих целях и представлениях. Всю эту информацию он связывает с толтекским учением, что еще более повышает достоверность его произведений.

Кто же такие, однако, эти толтеки и что представляет собой их система знаний, о которой и пойдет речь в этой книге? В вышеназванном интервью мы читаем: “Согласно Кастанеде, слово “толтекский” имеет очень широкий диапазон значений. О некоем человеке говорят: “Он — толтек”, как о другом “Он — демократ” или “Он — философ”. То, как это слово используется, не имеет ничего общего с его антропологическим значением. “Толтек — это тот, кто знает тайны сталкинга и сновидения. Они все являются толтеками. Они образуют небольшую группу, которая пытается сохранить живой традицию более чем трехтысячелетней давности 5) ”.

Известный исследователь Мексики Вольфганг Кордан пишет о термине “толтек” следующее: “У народов, являющихся преемниками исторических толтеков, как, например, ацтеки, слово “толтек” было синонимом слов “образованный человек” или “человек искусства””. Историк Генри Штирлин переводит слово “толтек” как “знающий”, “человек знания”.

Толтеки обучаются как мастера и художники в искусствах сталкинга и сновидения. Сталкинг представляется как система контроля и использования повседневных отношений, которая позволяет обучающемуся выйти наилучшим образом из любой мыслимой ситуации в жизни. Сновидение является прагматическим контролем за происходящим во время сна, который ведет к полному овладению нашим осознанием. Обе системы содержат практический кодекс поведения, названный “правилом”, которое обучающийся благодаря тренировке глубоко запечатлевает в душе. Третья система — овладение намерением — обслуживает непосредственный контакт человека с властью судьбы, которая у толтеков называется “намерением”, “духом” или “нагвалем”.

Эти три системы — сталкинг, сновидение и намерение — базируются на абстрактно изучении толтеков о человеческом восприятии и человеческом сознании. Самое подходящее, по мнению дона Хуана, название для этих знаний — нагвализм.

Итак, источниками наших знаний о толтекском нагвализме являются не только восемь книг Кастанеды, но и интервью, которые содержат значительный материал по нашей теме.

Особое значение, по моему мнению, имеет также книга немецко-венесуэльской писательницы Флоринды Доннер “Сон ведьмы”, которая, однако, к большому сожалению, остается неизвестной большинству поклонников Кастанеды. Дело не только в том, что Кастанеда написал к этой книге очень благожелательное предисловие. Флоринда Доннер точно так же принадлежит к миру Хуана Матуса, но она рассказывает о мире магов с точки зрения женщины. Великолепная книга, которая могла возникнуть только в результате точного и чувствительного женского взгляда.

Задачей настоящего исследования является подвергнуть точной перепроверке весь комплексный феномен толтекского нагвализма, учитывая как теоретическую, так и практическую стороны данного учения.

В первую очередь, необходимо исследовать теоретические рамки, мировоззренческие основы и предпосылки — по крайней мере, в их первых приближениях. Мы можем это сделать путем сравнительного анализа толтекского понимания мира с признанными работами западноевропейских гуманитарных наук. Предпосылки для такого “наблюдения” предлагают теория познания Эдмунда Гуссерля, глубинная психология Карла Густава Юнга и религиозные научные исследования Мирчи Элиаде, Этим мы и займемся непосредственно в первой части данной книги “Нагвализм как философия толтеков”. Чтобы избежать ситуации, при которой на переданное Кастанедой учение будет, согласно свойственной европейскому научному пониманию милой привычке, принудительно натянут тугой корсет, мы определили конструкцию первой части только исходя из внутренней структуры самого толтекского учения.

Во второй части мы займемся перепроверкой практического содержания, то есть верификацией описанных Кастанедой техник и способов действия. Для этой цели автор совместно с группой единомышленников занимались на протяжении многих лет выполнением упражнений согласно принципам толтекского учения. Результаты данного практического исследования о возможностях человеческого сознания вошли во второй раздел книги — “Практические искусства толтеков”. Эта часть соответствует некоему “наблюдению изнутри”, которое само выросло из системы толтеков. Наконец, заключение составляют опубликованные до сих пор только в Мексике “Шесть основных положений учения” Карлоса Кастанеды, которые показывают с большой ясностью истинные параметры толтекского пути.

Связующим элементом частей книги является сравнение с другими традиционными индейскими учениями, как, например, рассказы шамана-сиу Ламе Деера или сообщения дона Хозе Матсувы.

Глубокое знакомство с миром индейских представлений помогает прийти к более широкому пониманию способа мышления и действия толтеков. Восприятие сообщений Кастанеды о своей учебе у магов как чужеродных происходит не в последнюю очередь из-за непонимания чуждого для нас культурного контекста, в котором и развилось это учение. Еще более усиленный вследствие рационалистического отчуждения способа мышления и образа жизни европейской традиции во времена так называемого просвещения разрыв между мировоззренческими позициями наследников индейской традиции и белых “всезнаек” кажется неизмеримо большим. И сколь долго мы будем цепляться за старую схему “чужое — значит, враг; знакомое — значит, друг”, столь долго для нас будут недоступными — не говоря уже о том, чтобы быть понятными, — знания чужих культур.

Итак, мы стоим перед необходимостью изменить точку зрения. Если мы передвинемся в позицию, до сих пор чуждую нам, мы откроем самих себя и получим возможность почувствовать чужую культуру в нас самих. Чтобы это стало возможным, мы должны или изменить нашу жизнь и практиковать другую, или, по крайней мере, обратиться к человеку, для которого чуждый нам мир является известным. По другую сторону экватора, в южноамериканских Андах, нас рассматривают тоже совсем не так, как мы о себе думаем. Боливийский автор Хорхе Миранда-Луилага, прямой потомок культуры индейцев аймара, рассказывал мне историю своей первой встречи с европейской традицией — с католической церковью. Он был тогда еще ребенком и несказанно удивился, когда узнал, что католики во время одного из ритуалов едят тело и пьют кровь их спасителя Иисуса, Христа. Он был тогда искренне возмущен такого рода, каннибализмом, пусть даже и символическим. Однако похоже, что европейцы, да и католики вообще, никогда не замечали такого положения дел.

Если посмотреть из такой перспективы, то мы, “цивилизованные”, оказываемся на самом деле “дикими”, нецивилизованными варварами. Это действительно только вопрос исходной точки зрения. И чем дальше мы будем сомневаться в возможности но крайней мере толерантно относиться к другой исходной точке и не попытаемся хотя бы мысленно последовать за ней, тем дольше горизонт нашего восприятия будет узко ограничен только нашей культурой, что в конце концов превращает нас в рабов этой культуры. Согласно дону Хуану, мы имеем здесь дело с всеобщим человеческим заблуждением, так как искренне верим, что мир действительно таков, каким мы видим его через призму наших предрассудков. На понимании, этого заблуждения и строится учение толтеков.


Сноски:
1) «Брухо» по-испански обозначает «волшебник», «колдун». Дон Хуан называет себя брухо в противоположность черным магам, так называемым «диаблерос». назад к тексту
2) Ричард де Милль, Записки о доне Хуане. Контрверсия, «София», Киев, 1996 г. назад к тексту
3) То же назад к тексту
4) Корвалан, Грациэла. Путь толтеков назад к тексту
5) «Пополь Вух». назад к тексту


ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека