Аккомпанемент для балалайки с Вечностью (или Тайны забытых снов)

2009

Эта книга об одном из путей - в никуда, или иначе, в бесконечность. Книга о Родине нашего духа и об отсутствии конкретно-приземленного представления о Родине вообще. О пути  разворота в обыденности окружающей нас псевдо физической панорамы, на котором появляется возможность хотя бы  мельком взглянуть на иные реальности. О поиске стратегии жизни за гранью неизвестного в загадочном и непонятном во многом для нас мире. Каждый читатель своей сутью откликнется на содержание книги по-своему. Откликнутся одинокие волны великого Осознания в бесконечной Вселенной, давным-давно представляющие одно целое.



 


 




  "В спиралях многоярусных Миров,
под куполами вспышек озарений
он, бездыханный, пить слова готов
всей страстью холодеющих прозрений."
Бла-бала.



У балалаечника забытых снов имеется много имён, потому что у него нет определенного имени. Иногда, он называет себя странником, иногда воином неисполненных грез или мечты. А в другое время – реаниматором первопричины или же бродягой семи дорог, или просто Бла-бала.

Он предлагает свои имена тем, кто в них нуждается.

Беспристрастный балалаечник сидит на завалинке своей хибары или же прекрасного дворца и, направив взгляд в глубины Вселенной, тихо берет первые аккорды своей незатейливой композиции: бла, бла, бала...




Он понимает, что попал в невидимую западню, родившись на Земле. Его дом – Бесконечность. Данное от рождения тело приковывает его к миру предметов и вещей. Когда-то битва была проиграна, и он оказался здесь - на Земле.

Чтобы выжить среди людей истинный бла-бала должен помнить, что он – свободный дух, затерявшийся в притяжении Земли. Его цель – вырваться из предательской колыбели и обрести свободу. Ценности людей он не разделяет, потому что они ведут к смерти. А дух живет вечно.

Бла-бала не пессимист, а искатель.




Простодушный Балалаечник постоянно задает себе вопрос: чему я ещё могу научиться у людей, кроме манипулирования известным? Можно научиться зарабатывать деньги, расширять своё влияние или даже стать во главе государства, а потом умереть заслуженным героем. Но доблесть «почётного» конца не входит в его планы.




В его понимании: мир людей всё больше усложняется и не столько в целях развития, а сколько с целью безраздельного и неконтролируемого захвата внимания. Чем более развитым становится человек, тем в более запутанные сети мира он попадает. Он занят образованием, воспитанием, улаживанием своих каждодневных дел. Его взор прикован к единственному миру и всё реже сталкивается с первопричинной пустотой.

В глубине своей души Аккомпаниатор Вечности чувствует, что есть силы инерции Мира, которые желают, чтобы все оставалось на своих местах. Куры в курятниках, овцы в кошарах, люди в «человечниках». Где каждый слой жизни использует нижележащий в своих целях. Этим силам требуется внимание человека, сфокусированное на суете мелких дел. У них – свои, скрытые цели.




Если бы человек знал, что сам избирает свою смерть, подобно прирученным нами домашним животным в стойлах, - он жил бы иначе. Но чтобы разобраться с вопросами: кто я, и зачем я живу? – не хватает времени жизни. На Земле ему отпущено ровно столько, чтобы успеть получить ненужные знания и умереть. Силы инерции и притяжения не позволяют ему вырваться из осадного кольца единственного мира.




Силы инерции внушают человеку:

- Ты вечен, тебе нечего беспокоиться. Ты герой, а не жертва в своем прекрасном сне,- в этом чудном Мире.

Человек расслабляется, а они продолжают шептать дальше:

- Душа бессмертна. Ни один волосок не упадет с головы человека без ведома бога. Ты свободен.

И вот человек теряет бдительность, он парализован как кролик перед удавом, а те же силы все продолжают нашептывать:

- Нет ничего страшного в смерти, душа каждого человека прожила миллионы жизней и рождается вновь и вновь. Зачем что-то менять. Люди уже бессмертны. Тело лишь временная оболочка, сосуд души. Есть свет в конце тоннеля: жизнь после смерти...

Но Бла-Странник помнит, что эти же силы отняли у него возможность посещать забытые сны. Они приковали его к конуре одного Мира. Современный человек почти не в состоянии разорвать эту привязь навязанного ими ложного религиозного послушания, переложив всю ответственность за свое трансцендентальное бытие на образ пушистого Бога в белоснежном одеянии.

Трансцендентальный Волонтер всегда помнит это.




У среднего человека есть три основные причины, мотивирующие его к жизни. Во-первых, он живёт ради удовольствий тела. Во-вторых, - ради своих детей и продолжения рода, и, в-третьих, - ради расширения своего влияния среди людей, используя свою авторитарность.

Наш Бла-бала не видит в этих целях обнадеживающей глубины. Он понимает, что тело дано ему взаймы на период воспоминания своего духа; физической данностью оно ограничивает его свободу. И потому он особо не балует его удовольствиями, пробуждая свою светоносность в его физической тени.

Своих детей он любит, но ещё больше воин любит изначальную природу их духа. Чтобы быть для них примером, он открывается духу, и дух спускается к нему. И тогда Бла-бала не нуждается в продолжение рода. Он безгранично продолжает себя в духе. У него есть, на что опереться в Вечности.

Что касается расширения поля влияния и авторитарности, то Аккомпаниатору жизни известно, что на людей можно воздействовать двумя способами: в рамках их ценностей, как это делает обычный человек, манипулируя известным. А так же напрямую: без слов и морали, используя силу пустоты и свободы, как это делает он сам. Манипуляции с ценностями людей порождают эквивалентные ценности, такие как власть, деньги, эгоцентризм. Если же достигать этого силой внутренней пустоты, то воин рискует растерять свою силу, используя её на недалёкую корысть. По этой причине его всё меньше затрагивают игры людей.




Танцующий Воин Бла-бала понимает, что все люди умирают от разочарования в жизни. Что-то срабатывает в нас с возрастом, и мы начинаем чахнуть. Причина одна: мы стареем, когда прекращаются целенаправленные поиски духа. Наша душа тоскует по нему. И когда она замечает, что человек вырос, а его жизнь все больше наполняется суетой мелких проблем, - она плачет.

Наша битва за дух для подавляющего большинства проиграна уже от рождения с подачи Цивилизации. Здесь об этом не говорят. Нет даже постановки этой главной человеческой задачи, не говоря о путях её разрешения. Мы – дети надуманных проблем и второстепенных занятий, развлекающие друг друга пустыми забавами, дабы не задумываться о смерти. Или не думаем о ней, потому что не знаем, как думать. У нас отсутствует культура поиска бессмертия в духе.

Человек – это неотъемлемая часть мира с горсткой неверных мыслей о самом себе.

Чистую любовь здесь подменили любовниками и любовницами, истинное благополучие – деньгами, собственное достоинство – дутым «эго». А правит всем этим балом суета сует.




Человек найдет лишь одно разочарование, если будет искать жизненную опору только в этом Мире. Ею не могут быть ни деньги, ни кто-то из симпатичных ему людей, ни впечатления от путешествий и красивых ландшафтов. Этого недостаточно для полноценного бытия.

Если говорить о деньгах: они усыпляют бдительность человека, когда он, забыв своё предназначение, алчно гоняется за ними. Свою жизнь мы в основном тратим на это.

Когда денег нет, думаешь, как их заработать. Когда они появляются, ощущаешь себя всемогущим, но это – иллюзия. И опять убиваешь время на то, чтобы их потратить или выгодно вложить.

Но денег никогда не хватит, чтобы выкупить свою душу.

У Воина грез за спиной есть только крылья восприятия – его приобретенный навык к путешествию по Мирам.

- С ним не пропадешь, - размышляет он.




Реаниматор первопричины понимает, что наше видение Мира является некой временной защитой. Той упорядоченной реальностью, где возможно наблюдать логику вещей и структурировать себя. Он дорожит своей картиной мира, как и не привязывается к ней. Подобно солнечным очкам она оберегает его от испепеляющего сияния изначальных энергий, определяющих бытие.

Видимая нами реальность, как фильтр смягчает жесткость преждевременных знаний.

Воин-реаниматор готов принять их.




Изречение древних гласит: « Иметь тело – признак дурной кармы». Наши органы чувств «вгрызаются» в физическую реальность, выхватывая из нее только до боли известные куски и фрагменты. Наша форма, как пасть хищника быстро стачивает свои сенсорные клыки о жесткие конструкции сканируемого ею материального Мира.

В плотных слоях, как в мистериях христианского ада все быстро разрушается и приходит в негодность. Материальные формы не вечны. Наше сегодняшнее бодрствование похоже на наваждение такого ада, где быстро разрушается и наше тело. С нашим носителем осознания не всё ладно, потому что оно «собрано» в плотных слоях материи.




Однажды проснувшись, Бла-бала отчетливо осознал, что он удерживает свой затяжной сон бодрствования скопищем шаблонов и стереотипов. Именно они заставляют его воспринимать реальность принудительно, в приказном порядке. Последний оплот всех шаблонов в этом ряду, с которым придется в итоге разотождествиться – это сканер материальности – физическое тело. Оно притянуло наше сознание к этому миру. Через него, как через дверь, мы появляемся здесь – на Земле.




Человек как камертон может настраиваться на разные вибрации жизни. Наш сон о видимой реальности - одна из них. Эта частота бодрствования взяла верх над остальными. Мы не верим в реальность других снов. Мы отгораживаемся от них, объясняя механизм сна усталостью организма. Так мы закрываем за собой двери в иные Миры и пространства. Видимый нами Мир захватил все наше внимание, которое выпивается им до дна, истощая человеческие жизни.

Наша смерть знает, где находится наше внимание и безошибочно подстерегает человека возле наживки – всепоглощающего и непреложного интереса к единственному обжитому сновидению жизни – в нашем физическом Мире.

Странник на перепутье по своему желанию стягивает свое внимание в центр, перестав беспорядочно раздаривать его окружающему Миру. И Мир бесследно исчезает перед его взором...

Так Бла-Странник готовится к путешествию.




Бла-Путешественник становится неуязвимым, когда приобретает способность заходить и выходить по своей воле в сюжеты различных Миров - сновидений. Как птица, перелетая с дерева на дерево, он сможет посещать разные Сны - Миры или кружить в первопричинной пустоте над ними.




Как и свои аккорды, Балалаечник Вечности, воспринимает себя раздельно. Он понимает, что его появление на свет является итогом борьбы многих сил Вселенной. Некоторые из них чужеродны его пути и природе перманентной трансформации. Он наблюдает в себе островки, относящиеся к различным уровням осознания. С близких - спрос строже; они находятся рядом с ним. Бдительность своих темных сторон он убаюкивает взвешенным удовлетворением их запросов, но так, чтобы быстрее понять: как их слабость обратить в силу и обрести целостность.

Но есть такие «поселенцы» в человеке, которые никогда не покинут его, если продолжать схватку с ними. Они питаются энергией их уничижения и борьбы. Бла-Балалаечник искореняет их безразличием. Он перестает потакать их нуждам.

Голодные они уходят прочь.




Нельзя быть успешным в одном сновидении. Некоторые считают себя таковыми в нашем люцидном и чувственном сне бодрствования. Иметь один сон - значит терпеть фиаско. Любой земной успех в нашем избранном сновидении еще более затягивает в него. Путь настоящих достижений проходит через новые сновидения. Попадая в них, можно освободить часть захваченного внимания из сна нашего биологического рождения.

Странник забытых снов размывает внимание на старом сне и фокусируется на новых. Так он освобождает себя от пут данности одного Мира.




- Смелость желать, - кричат балалаечнику-запредельщику преуспевающие лидеры из мира людей.

- Смелость сновидеть и возрождать другие Миры, - отвечает он им.

В его порыве Смерть замолкает и благодарно склоняется ему на плечо, танцуя с ним танго Вечности. Ей нечего сказать.

Они вместе с филином звездной мудрости скользят по лунной дорожке, и перед ними распахиваются все двери ночи в веренице завораживающих сновидений.




Поступки Воина взвешены его чувствами.

Потаенные чувства, как драгоценный камень он обрамляет знаниями своего пути.

Знания не позволяют эмоциям взять верх.

Находясь в равновесии чувств, воин забытых снов выверяет каждый свой шаг, ступая по пути сердца.




Бла-Везунчик не может быть удачлив в человеческом понимании. Удача среди людей оставила его. Ему здесь ничего не светит, потому что ничто не радует, если исходить из человеческих стандартов. Он «обречен» на постоянную борьбу за торжествующее понимание законов жизни, за продление своего осознания. В этой борьбе он настолько самоотвержен, что едва касается памяти о самом себе. И от того, что его собственный образ ему никогда не надоедает, Бла-бала счастлив как ребенок, постоянно открывающий для себя Мир и самого себя. И потому он удачлив в своем естественном, преобразующем его жизнь стремлении.




Смерть ласкает каждого человека своим прикосновением. Она нежно треплет его за ушко, как непослушного сынка, и указывает на небезупречность его поступков.

- Я всегда буду рядом с тобой, - говорит она,

- Чтобы ты лучше понимал, как сохранять свои силы.

Но человек плохо воспринимает ее советы, и она забирает его в небытие, смятенного и потерявшего вкус к жизни.

- Нет, я все же – другой, - размышляет Бла-бала.




Не стоит спасать Мир. Он позаботится о себе сам. Нужно спасать себя от Мира – того сценария, где мы смертны. Одного Мира недостаточно для существ, возрождающих творчество жизни.

Ратник забытых снов считает, что тот, кто рьяно спасает этот Мир в показной борьбе «Света и Тьмы» всего лишь стягивает еще одну порцию внимания внутрь кокона Мира. И сгусток его осознания как мотылек трепещется там, опутанный ложными проблемами и якобы духовными знаниями.




Впершись голубыми глазами в звездную ночь, и что-то навсегда отбрасывая внутри себя в прошлое, Бла-Балалаечник совсем тихо, но с чувством напевает:

Когда летящий мотылек
На лампы яркий огонек
Стремится к свету, ласке,
Не знает глупый мотылек,
Что в жизни светит огонек
Не как в прекрасной сказке.
Когда летящий мотылек
Ничто на яркий огонек
Быть может, не сменяет,
Наивный маленький дружок
Вдруг превратится в огонек
И ярко запылает.
И, так идущий человек,
Из следа в след, из века в век
Стремится к свету, ласке.
Но, что-то видимо не так:
Чудак негаданно впросак
Попал в смертельной связке.



Человек видит дерево, гору, реку и думает, что он видит Мир. На самом деле он наблюдает ярлыки Мира. Так ему удобнее и легче. Способность заглянуть в самое сокровенное - Душу Мира, им когда-то была утеряна. И теперь он снова учит азбуку символов. Эти эталоны видения уже заложены в его форме рождения. Всего-то шесть органов чувств – какая малость по сравнению с палитрой чувств всеобъемлющей Души Мира!

Бла-Аккомпаниатор понимает, что у человека есть альтернатива его игре в азбуку физических символов – предметов. Теперь ему нужно научиться просматривать их бегло, читая книгу жизни целыми абзацами и заглядывая дальше за них – в самую суть. Разглядев их содержание, он сможет отказаться от конкретики формы; его восприятие мира будет гибким, не формальным. И тогда ему станет доступен язык птиц и зверей, и слышен шелест звезд.




Любое сновидение затягивает детализацией своего антуража. Это – множество символов, которые увлекают сознание в свой поток.

Если случайно упавшая в реку мушка тут же не взлетит, она будет унесена течением реки. Ее крохотное тельце и крылья пропитаются тяжелой влагой. Она неотвратимо примет закон потока и вскоре исчезнет в его глубинах.

Наши сны, как многоводные реки притягивают к себе своим разнообразием изгибов сюжетов, инверсным отражением в них небес, замысловатым течением времени.

Импровизатор сновидений понимает, что у человека очень мало шансов, для того чтобы оседлать поток жизни. В его сне единственной реальности он весь пропитан ее текстурой. В первую очередь его изначально чистое сознание захвачено материальной плотью. Форма биологической жизни, в конце концов, увлекает его на темное дно небытия. Он попал в замкнутый круг Сансары, уже рождаясь на своей могиле. Бла-Импровизатор не приемлет такого порядка вещей.

- Это – реальность душного склепа, если невозможно найти выхода отсюда, - размышляет он.

- Та камера ожидания смерти с громоздким межличностным опытом предсмертных отношений людей и техническими достижениями, не приносящими человеку счастья.

- В реальности склепа в основном все борются за преходящие удовольствия и почетную могилу, - нараспев добавляет он.




Для Бродяги семи дорог понятие «бог» скорее означает правильное действие. Он выбирает свои дороги, никогда не сожалея, что повернул не в ту сторону на перекрестке очередного выбора. Бог для него это не отдельная сила или персона с длинной бородой. Его «бог» всегда с ним и в нем самом. Это может быть смерть, которая как Ангел-Хранитель оберегает его от опрометчивых поступков. Или это – внутренний голос, предупреждающий об опасности. Или знаки на дороге, как и щебет птиц в раннее утро, поддерживающие и направляющие его в продолжительном путешествии.

Как и другие отдаленные от жизни символы, понятие «бог», для него не конструктивно. Странник подшучивает над выдуманным им интеллектуальным образом бога.




Бла-бала – ещё тот философский маргинал, как-то неестественно перенапрягшись на досуге, вдруг неожиданно для себя озвучил свои довольно отстраненные измышления о «Всевышнем» под звуки нехитрых аккордов:

-Бог самое незаметное, скромное и ненавязчивое существо. Он вездесущ. Но при всём, при этом его Величество - Первозданную Самость никто нигде не видел. Или же он разговаривает с нами через его сны-Миры, которые нас окружают? Но, тогда – ай, да какая у него маскировка!

-Бог не позиционируется в человеческих проблемах. Они слишком невзрачны для его уровня. Ему всё равно: с какой проблемой мы умрем в нем. Он справиться с этим скопищем мелких недоразумений. -И какая у него невозмутимость!

-Для этого Гиганта космической мысли мы, как личности, видимо, малоинтересны. Он следует по своему пути и ничто его не остановит. -А, какая устремленность!

-Бесконечно маскирующийся под Миры бог, вероятно, есть воин первопричины. О нём, сказав многое, ничего толком не скажешь,- делает заключение музыкально философствующий Бла-бала,

-Феномен неопределенной определенности бога нужно просто изучать.




Используя образ бога, как ипостась высшей абстрактной неопределенности или, как модель неистового и постоянно расширяющегося взрыва жизни Бла-бала продолжает:

Существует только правда, и одна правда. А истины как таковой нет. Мы её только «догоняем» в своих понятиях. Истина формируется где-то на грани нашей Вселенной прямо сейчас в этот миг. И уловить её невозможно никому, даже самому богу в его маскхалате цвета вакуума. Это - процесс. А как только станет законом, догмой, - так всё и грохнется.

- Бог танцует жизнь. А мы ходим по его следам, восклицает Бла-бала приплясывая.




Балалаечник забытых снов не злоупотребляет своим волеизъявлением. Как личность он почти мертв. Но душа его цветет и ликует. Личность не помнит своих сновидений о других Мирах. Душа помнит всё. Она легко касается памяти и освещает потаенные сны.

Эффект стороннего наблюдателя заключается в том, что его присутствие вносит свои коррективы в процесс наблюдения. Личность слишком тяжела и назидательна. Очень часто она занимается подавлением своего окружения, будь то люди или безответная природа. В этих занятиях человеческий образ ещё более уплотняется. Подобно тяжелому лязгающему танку, ворвавшемуся на солнечную полянку, поросшую лютиками и ромашками, личность отпускает залпы своих деяний во все стороны.

Так можно злоупотреблять реальностью только в грубых планах материи.

В свою очередь, душа порхает как бабочка по Мирам своих забытых снов, оставляя все в первозданном виде. Она едва касается их своими лучезарными крылышками. Все дороги открыты перед нею – легкой и беззаботной. Она слилась со смертью своего «я», гармонично вплетая свой безмятежный полет в калейдоскоп снов различных Миров.

Бла-бала мирно засыпает на середине своей песни и, мертвецки сонный, падает наземь с полюбившейся ему завалинки, - как личность он почти мертв. Но его возродившаяся душа летит в глубины Космоса вслед его песни.




Странник забытых снов понимает, что у людей, а точнее среди людей, он может научиться единственному – выслеживанию своих слабостей. Но, он должен отчетливо понимать, что он делает среди них. Его цели и многочисленные запросы социума в корне отличаются друг от друга.

Самая распространенная игра людей – это отточенная подача своего авторитарного образа. Иногда милого, иногда агрессивного, но очень часто красующегося перед другими. Среди людей высшего общества эти элегантные «игры в помпезность» вводятся в ранг самых изысканных развлечений. Тусовки для избранных, манера поведения, одежда, элитное жилье - всё это есть яркая метка принадлежности к определенной касте общества.

У простых людей тоже есть свои знаки отличия. Зачастую, это - зависть или рабская покорность перед богатыми, социальная слабость в обществе.

С позиции странника: и бедные, и богатые находятся в одной лодке человеческой безысходности. Они забыли о возможностях возрождения духа.

Странник знает, как относится к людям из разных сословий во внутренней работе над собой. Перед сильными мира сего он не склоняет головы, оставаясь свободным от их вмешательства в его жизнь, даже когда исполняет их прихоти и капризы, но, нужно заметить,- по своему усмотрению. А слабых он не попирает при всей своей внутренней силе, чтобы не возводить монументы своему «я».


 


ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека